«Даже аисты будто скучали по людям»

«Даже аисты будто скучали по людям»

Виктор Александрович Мостяев – ликвидатор аварии на Чернобыльской АЭС. Родился он в 1949 году в х. Верхнегривенный нынешнего Красносулинского района в семье работников колхоза. Учился в восьмилетней школе х. Табунцы за 8 км от дома, после чего окончил сельскохозяйственное училище в Атюкте (сегодня – шахта Наклонная) на механизатора широкого профиля, школу ДОСААФ в Красном Сулине.

В армию ушел со второго раза. Пройдя профилирование на подводника, по ряду причин он не успел призваться по своей специальности и был оставлен в запасе до особого распоряжения. Работал в автопарке шахты в ожидании повестки.

Вскоре он таки отправился на службу в строительные войска в Казахстане, и уже там начала выстраиваться его будущая судьба – он стал водителем-крановщиком на строительстве ракетных шахт.

Отслужив 2 года и 2 месяца, Виктор Александрович еще 6 лет провел в войсках, обслуживая ракетные объекты. В мае 1970 года он вернулся домой, поступил в Новочеркасский автодорожный техникум, женился и устроился на работу на спецэлеватор, где освоил еще ряд технических специальностей. Вскоре вместе с женой он перебрался в Кемерово, где стал частью команды специалистов активно развивающейся энергетической компании и отправился работать на Дальний Восток – строить энергостанции для снабжения перспективного региона электричеством.

Страшную дату – 26 апреля 1986 года – Виктор Александрович застал уже в Белой Калитве, где работал механиком на заводе Сельмаш. Будучи военным в запасе и специалистом по энергостанциям, он сразу был призван на ликвидацию аварии на ЧАЭС. Однако, видимо, у судьбы были на него свои планы. Из-за мощнейшего снегопада с первой партией ликвидаторов до Ростова-на-Дону, откуда должна была совершаться отправка, он добирался 7 часов. К тому времени, как автобус прибыл на вокзал, опоздавших офицеров в запасе вернули домой до особого распоряжения.

В конце мая 1987 года он таки отправился в Чернобыль в качестве замполита с очередной волной замены офицерского состава на объекте. Самый тяжелый период ликвидации был позади, однако работы оставалось еще много. Предстояло завершить демонтаж крыш машинных залов под 4-м энергоблоком. Ростовский батальон, куда поступил Виктор Александрович, базировался в селе Парышево в 14 км от станции. Нерегулярные выбросы радиации хоть и продолжались, но были уже не такими страшными, как сразу после аварии. Работа, как вспоминает ликвидатор, была организована очень правильно. Офицеры и солдаты в костюмах спецзащиты выходили на работы на время от 20 минут до нескольких часов, до того, как наберут предельно допустимую – 0,5 микрозиверт в час – дневную дозу радиации. За этим следили специалисты-дозиметристы с приборами, которые располагались в отдельном бункере и собирали информацию о текущем фоне. После смены все проходили обязательную процедуру обеззараживания – снимали грязные комбинезоны в специальном помещении, тщательно мылись со спецсредствами и делали замеры. К патриотизму призывать никого лишний раз не приходилось: все понимали, насколько важное дело делают. Разве что иногда нарушали технику безопасности – снимали защиту и работали обнаженными почти догола из-за чудовищной летней жары. Солдаты страдали от тепловых ударов, но всегда могли получить необходимую медицинскую помощь.

За радиационным фоном на участках работ следили гражданские специалисты, обходившие объект с дозиметрами и разделявшие его на зоны разной степени опасности, после чего солдаты с огромными портативными фрезами слой за слоем снимали «пирог» композитной защиты энергоблока. На каждого ликвидатора была своя норма метров за смену. Заканчиваешь – отправляешься на очистку, а на твое место заступает сослуживец. В. А. Мостяев, будучи офицером, в чьи обязанности входила работа с персоналом, вообще не должен был участвовать в этих работах, однако брался за них добровольно, помогая товарищам и внося свою лепту в ликвидацию.

Виктор Александрович пробыл на ЧАЭС с 3 июля по 3 августа 1987 года, после чего его батальон был перемещен подальше от станции на более безопасные работы – демонтаж и замену зараженных гражданских объектов в близлежащих населенных пунктах. Он вспоминает, как в Парышево впервые после катастрофы вернулись местные – пятеро стариков с домашней скотиной. Ростовский батальон помогал им восстановить жилье, обосноваться, подвозил воду и провиант, газ, заготавливал сено и древесину. Люди стремились побыстрее оказаться дома, где у них оставалось все нажитое, где была их земля, их память. Да и места были прекрасные. Июль, все зеленеет и цветет, малина, сливы, яблоки – и никого вокруг, кроме аистов, которые встречали людей громким клекотом, будто страшно по ним соскучились.

В разных селах вокруг ЧАЭС ситуация складывалась разная. Радиоактивные осадки выпали по местности неравномерно из-за ветра и дождей, и тогда, когда в том же Парышево уже через год после аварии можно было спокойно жить, в других окрестных селах десятилетия после этого сохранялся опасный для здоровья фон. Такие места обносились колючей проволокой и становились запретными «мертвыми» зонами.

19 августа батальону Виктора Александровича прибыла замена, он передал дела и, наконец, отправился домой. Устроился обратно на Сельмаш, где и работал до 1998 года, когда после медобследования подтвердил инвалидность 2 группы и вышел на пенсию. Конечно, даже несмотря на то, что на момент пребывания на объекте пик катастрофы был далеко позади, остаточное облучение не прошло для него бесследно. Начались проблемы с давлением, внутренними органами. С 1989 года и по сей день он проходит непрекращающееся медикаментозное лечение, но держится молодцом, даже несмотря на возраст. За свою работу на ликвидации чернобыльской катастрофы В. А. Мостяев награжден государственной медалью «За спасение погибавших». Живет с супругой, воспитали сына и дочь, теперь воспитывают внуков.

Денис Алентьев,

8 (86383) 2-64-33,

e-mail: info@perekrestokinfo.ru

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *


доступен плагин ATs Privacy Policy ©
Перейти к содержимому