Иногда перед журналистами возникает задача: рассказать о какой-то ситуации, избегая оценочных суждений и попытки примерить на себя роль судьи. И порой это очень непросто в силу неоднозначности обстоятельств. Когда в редакцию обратился Юрий Гайворонцев с просьбой рассказать его историю – образовалась именно такая задача.
Работа – дело добровольное
Юрию Степановичу 73 года, он бывший глава КФХ, но уже несколько лет как на пенсии. У него трое детей, самому младшему Ване – 10 лет, скоро исполнится 11.
– С его мамой Валентиной (имя изменено) мы вместе не живем, – рассказал Юрий Степанович. – Еще в 2016 году я подал на алименты. Ни копейки по сей день не получил, а сумма за все время набежала немаленькая – больше миллиона рублей.
Ситуация кажется необычной лишь в силу того, что женщины значительно реже оставляют детей на попечение второго родителя. В остальном, к сожалению, ничего удивительного – нерадивых алиментщиков хватает. Правда, сумма впечатляет. С должников по алиментам сейчас спрос строгий, могут и срок дать за уклонение. Тогда возникает вопрос: как женщина умудрилась накопить такое «добро»?
– А она ж ни дня не работала нигде, – охотно поясняет Юрий Степанович. – Официально, я имею в виду. Так-то «шабашила» – то бахчу сторожила у меня, то еще чего. И ей даже давали срок – два месяца и 22 дня в колонии поселения за неуплату. Но она и там отказалась от работы – это же сейчас, к сожалению, дело добровольное. Хотя поначалу ей было назначено наказание в виде исправительных работ на 8 месяцев, потом изменили.
Нет паспорта – нет проблем
Юрий Степанович принес с собой судебные приговоры, апелляции, которые он подавал. Так как длится все это уже много лет – бумаг целый архив. Помимо, непосредственно, разборок между родителями на страницах приговоров отражены и другие детали ситуации. Например, показания педагогов Вани. Мальчик учится в школе-интернате в пос. Шолоховском, и его воспитатель утверждает, что маму он любит, ждет каждые выходные и никаких признаков, по которым Валентину можно было бы счесть неблагополучной, нет. Ну попала женщина в трудную жизненную ситуацию – нет работы и паспорт сгорел несколько лет назад в пожаре, так что же теперь? Кстати, утратой главного документа Валя аргументирует отсутствие работы. Она уроженка Украины, и вроде бы есть трудности с восстановлением паспорта. Но Юрий Степанович утверждает, что даже после разлада с сожительницей предлагал той помочь финансово в этом деле, но она все отказывалась.
– А то, что Ванька ее любит – так конечно, – снисходительно улыбается мужчина. – Она ж мать, как-никак. И жили мы все вместе долгое время. Да только на старшую дочь она родительских прав лишена – ее забрала бабушка, когда девочке всего семь лет было. Да я и позвонить Насте (имя изменено) могу сейчас, сама вам все скажет.
Со старшей дочерью Валентины Юрий Степанович общается очень тепло – их объединяет Ваня. Правда, от комментариев Настя отказалась: «Я много чего могла бы сказать, но не буду, это моя мать», – отрезала девушка.
«Сам с ним и возись»
После получасового разговора с Юрием Степановичем вопросов стало только больше. Бог с ним, что Валентина младше на 23 года и родила ему ребенка, не будучи в браке – кого этим сейчас удивишь. Но неужели непонятно было, что социальной ответственности у женщины недостаточно для того, чтобы рассматривать ее как мать своего ребенка?
– Да я же все надеялся, что она одумается, – досадует Юрий Степанович. – 26 лет ее знаю. Она ж и в запои уходила на несколько месяцев, и из дома, который, между прочим, я ей купил, притон устраивала. Уж сколько я с ней мучился – пытался вытащить из этого всего. А она когда узнала, что беременна, пришла ко мне и говорит, мол, мне ребенок этот не нужен, я аборт сделаю. Я запретил – нельзя так. Так она мне потом и говорила, мол, тебе этот ребенок нужен был – ты с ним и возись.
После рождения Вани Валентина какое-то время, по словам Юрия Гайворонцева, пыталась быть примерной матерью и женой (или сожительницей?), но вскоре сорвалась. Мужчина вспоминает, как шел домой и услышал плач сына у забора.
– Я кинулся туда – думал, с Ванюшкой чего случилось, – рассказывает он. – А там Валя пьяная, что называется, вдрызг. А сын ее за руку тянет, плачет, просит, чтоб встала.
То, что ребенок получился «случайно», Юрий Степанович не прокомментировал, лишь бросил «Да сами знаете, как оно бывает».
А была ли совесть?
Удержаться от реплик в стиле «Видели глазки, что покупали» мне удалось с трудом. Ну и, к тому же, суд не нашел в поведении Валентины, опираясь на свидетельские показания других людей, ничего аморального – претензия лишь в том, что она не платит алименты. Личные счеты – это одно, а закон – другое. И по закону женщина должна отцу своего ребенка довольно крупную сумму, но изыскать эти средства неоткуда: дохода у нее нет, на работу она устроиться не может или не хочет. А наказания за тунеядство у нас, к сожалению, сейчас нет. И получается замкнутый круг: за неуплату алиментов Валентине назначают штрафы, плюс скапливается основной долг, который ей оплатить нечем, так как нет официального дохода. Два месяца колонии поселения – и все снова.
Между тем, если предположить, что завтра же Валентина найдет себе работу и будет получать там зарплату, равную минимальному размеру оплаты труда в России ~16 тысяч рублей, то выплачивать всю сумму долга ей придется больше 20 лет. При этом Юрий Степанович нереальность предполагаемой ситуации осознает, но надеется, что, возможно, Ванина мама, когда прочитает эту статью, вспомнит о совести и попытается хоть как-то исправить ситуацию.
Юлия Овсяник,
8 (86383) 2-64-33,
e-mail: info@perekrestokinfo.ru