В период проведения специальной военной операции наши мужественные земляки проявляют себя как настоящие патриоты страны, достойно продолжая дело наших дедов. Каждый из них вносит свой вклад в защиту страны, с честью выполняя воинский долг и обеспечивая безопасность нашей Родины. Алексей Карасев, позывной «Каяла», участник боевых действий, отправляясь на СВО, был готов к любому развитию событий — и технически, и тактически, и морально.
Алексей Карасев родился в Белой Калитве, окончил школу №1, которая в то время располагалась в здании нынешнего музея. Воспитывался Алексей дедом — участником финской и Великой Отечественной войн. Первую войну дед прошел рядовым, в Отечественной участвовал уже офицером, а после войны продолжил службу в Польше. О войне Алексей узнавал не со страниц учебников и книг, а из рассказов деда и бабушки. Сразу после школы он ушел в армию, проходил службу в сотой дивизии оперативного назначения внутренних войск «ДОН-100» на Кавказе. Это было время осетино-ингушского конфликта, и Алексей стал участником боевых действий. Он был серьезно ранен и длительное время проходил лечение.
Вернувшись из армии, Алексей с красным дипломом окончил Ростовский университет путей сообщения по специальности «экономист». С третьего курса начал работать в банке. После окончания института несколько лет жил и работал в Ростове-на-Дону, затем вернулся в Белую Калитву. Здесь познакомился с Татьяной и женился на ней. В семье растут две очаровательные дочки — Катюша и Оленька.
Решение поддержала жена
Когда началась специальная военная операция, Алексей принял твердое решение — защищать Родину. Имея за плечами опыт боевых действий, он понимал, что его может ожидать, но остаться в стороне не мог. Жена приняла его решение и поддержала. По совету знакомых Алексей отправился на СВО в составе подразделения специального назначения «Север-Ахмат» — спецподразделения в составе войск Росгвардии Чеченской Республики, которым командовал генерал-майор Апты Алаудинов. В основном там служили русские ребята, чеченцев было немного. Оснащали бойцов хорошо: обувь, одежда, полная экипировка, оружие, боекомплекты.
Подписав контракт на три месяца, Алексей прошел специальную подготовку в Гудермесе и в составе 78-го полка специального назначения попал в Лисичанск Луганской области. Пункт временной дислокации располагался на бывшем нефтеперерабатывающем заводе.
— На каждом пункте временной дислокации, — рассказывает Алексей, — у нас были питомцы. В Лисичанске это была кошка Пуля, которую с четырьмя котятами принесли с позиции. Из-за частых взрывов они были контужены, но оставались доверчивыми и ласковыми. Приятно было просыпаться рядом с мурчащим пушистым комочком.
В это время в недалеко расположенном населенном пункте Белогоровка шли бои, в которых полк Алексея принимал непосредственное участие.
— Когда нас перебросили в район Марьинки в Донецкой области, — вспоминает Алексей, — там проходили ожесточенные бои, были серьезные потери среди наших ребят. Под жестким обстрелом часто не было возможности забирать не только погибших, но и раненых. Конечно, когда могли — вытаскивали. Запомнился один парнишка, раненый в живот. Он всю ночь полз с поля боя и к утру добрался до другого подразделения. Несмотря на сильную кровопотерю, ему оказали помощь, и он остался жив.
Лучше граната, чем плен
На передовой чувство страха притупляется — многие парни именно из-за этого и погибают. Осознание произошедшего и понимание, что ты мог остаться на поле боя, приходят позже. В такие моменты вспоминается семья и возникает только одно желание — чтобы родные и близкие никогда не узнали жестокости войны.
— Среди бойцов ходили байки, — рассказывает Алексей, — что украинские боевики получают плату за пленных. Практически у каждого из ребят, в том числе и у меня, в нагрудном кармане была граната для себя, чтобы не попасть в плен.
Когда в конце июня 2023 года «вагнеровцы» после конфликта с Министерством обороны отправились в Ростов, полк специального назначения, в котором находился Алексей, сняли с точек и направили туда для пресечения противоправных действий ЧВК «Вагнер».
— К счастью, ребята из «Вагнера» не проявили агрессии и покинули Ростов, — вспоминает Алексей, — и нам не пришлось предпринимать каких-либо действий в отношении них. Я рад, что до этого не дошло, ведь мы воевали бок о бок. Позиции, которые мы занимали, брали именно «вагнеровцы».
Трое суток без воды
В июле 2023 года в Клещеевке на Бахмутовском направлении шли ожесточенные бои. На стороне противника воевали не только украинцы, но и наемники: поляки, немцы, французы. Перед «ахматовцами» была поставлена задача удержать позиции в течение четырех дней любыми способами. Переброска проходила по ночам, боевые машины пехоты освещение не включали, высаживали ребят на определенной точке и сразу уезжали.
— Доставив нас к точке высадки, — вспоминает Алексей, — БМП сразу уехала, а через несколько минут после этого в нас стали стрелять прицельно. Никто этого не ожидал, раненых оказалось более десяти человек. В нас прилетела мина, от нее — контузии как минимум и ранения тоже не избежать. Я стоял ближе всех к ней, а осколки попали в парней, которые были за мной, у меня — ни царапины, даже упасть не успел.
Проведя ночь в подвале, куда парней привел встретивший их проводник, с рассветом они вышли на боевые позиции. Стрельба велась с обеих сторон.
— От непрерывной стрельбы нельзя было поднять головы. Тогда я и получил ранение осколком в ногу. Прилетел кассетный боеприпас, который рассеивает боеприпасы меньшего размера на большой площади. Рядом со мной был товарищ, в которого попали осколки, раскололи его броню и попали в грудь, он завалился на меня, и осколок, который летел мне в грудь, попал в ногу, когда я упал. Товарища я вытащил с поля боя, а сам с осколком вернулся. Над нами постоянно было три-четыре «птички». Одна — это «глаза», а остальные — ударные.
На удерживаемой позиции Алексей с сослуживцами пробыли более трех суток, а их спутниками стали постоянное напряжение, стрельба, взрывы и отсутствие воды в жару. От обезвоживания спасались водой, которую собирали во время дождя. Первые сутки эвакуации не было, многие раненые ребята не получали необходимую медицинскую помощь. Из прибывших почти ста бойцов осталось не более двенадцати человек.
— Отсутствие воды — это тяжелое испытание, — рассказывает Алексей, — продуктов всегда было в достатке, кроме того, в окопах всегда можно найти «сухпаи», оставленные бойцами. Однажды во время недолгого затишья пришлось столкнуться с «воришкой». Долго не мог понять, кто шуршит за спиной. Оказалось, что это крупный дикий хомяк пытался вытащить крекеры. Получив от меня желанное лакомство, он быстро сбежал, хрустя печеньем.
Ангел-хранитель
После трех суток в окопах Алексей с другими бойцами направились к подвалу под развалинами одного из домов, чтобы отдохнуть и спокойно поспать. Бетонные перекрытия неожиданного укрытия казались надежными и крепкими. Ребята расположились кто где смог, затем быстро заснули. Алексей выбрал место у самой стены и, наконец, уснул, прижав к себе автомат. После неожиданного взрыва перекрытия подвала обломки кирпичей и земля стремительно обвалились, завалив находившихся там парней. Освободиться от завала смогли только четверо ребят, включая Алексея, который получил серьезные повреждения. Возникла еще одна проблема: рациями, которые были у бойцов, нельзя было воспользоваться — устройства связи прослушивались и отслеживались украинцами. Если их включаешь, сразу становишься мишенью для боевиков.
— Меня сильно контузило, — продолжил Алексей. — Правую часть лица сильно раздробило, позже мне ее собирали по частям в военном госпитале имени Бурденко. Сейчас у меня пять титановых пластин в голове, повреждены барабанная перепонка и глазной нерв, зрение на правом глазу восстановлению не подлежит. Увы, это серьезная для меня потеря, ведь я был стрелком, зрение у меня всегда было отличное. Двое из спасшихся бойцов ушли, что с ними было дальше, к сожалению, не знаю. Надеюсь, у них все сложилось благополучно. Со мной остался парень из Чечни, с которым мы вместе отошли на первоначальную позицию. Неподалеку оказалась чеченская часть «Север-Ахмат», состоящая из одних чеченцев. Они оказали нам медицинскую помощь, а затем вызвали эвакуацию.
Эвакуация Алексея и его боевого товарища должна была пройти ночью с прежней точки высадки, которая была расположена примерно в 200 метрах от их нынешнего местонахождения. Добираться до нее нужно было по разрытой взрывами дороге. Напарник Алексея до места добежал первым, БМП уже ожидала их, но Алексей, не добежав до точки, услышал, что машина тронулась и стала удаляться. Затем остановилась, и Алексей, теряя сознание, смог забраться в автомобиль.
— Видимо, у меня хороший ангел-хранитель, — улыбается Алексей, — по-другому не могу объяснить свое везение. Благодаря ему и отчаянному желанию вернуться к своей семье я остался в живых, несмотря на серьезное ранение.
Происходившее после эвакуации Алексей помнит отдельными картинками из-за ускользавшего сознания. Вспоминает, как его грузили в медицинский автомобиль, кузов ГАЗ-66, в котором его бросало из стороны в сторону, молодого парня-медика, державшего над ним капельницу, и то, как ему оказывали помощь в прифронтовом госпитале 150-го медсанбата.
— Я сказал доктору, что у меня осколок в ноге, — рассказывает Алексей, — а врач усмехнулся и сказал: «Какой осколок, ты свою голову видел?» Впервые тогда я увидел себя в зеркале — вид был действительно страшный. Правая часть лица изуродована и деформирована. Осколок из ноги мне все же вырезали.
Затем Алексей попал в госпиталь в Луганске, откуда на вертолете его доставили в Ростов, в военный госпиталь №1602. Там он впервые после ухода на СВО встретился с женой. Татьяна собрала необходимые документы, и Алексея перевезли санитарным самолетом в Москву, в главный клинический военный госпиталь имени Бурденко, где ему сделали операцию.
— Дальнейшие события даже вспоминать не хочется, — коротко завершает рассказ Алексей. — Скажу одно: пока я был в госпиталях, мой контракт закончился, и меня уволили. Затем прошло длительное время, пока я восстановился в военной части, оформил необходимые документы и уволился, чтобы пройти необходимое лечение.
Спустя год, в июне 2024 года, Алексей указом Президента был награжден медалью Жукова — военной наградой за личное мужество, смелость и самоотверженность, проявленные при выполнении боевых задач, защите Отечества и интересов страны. Были и другие ведомственные награды.
В настоящее время Алексей восстанавливает здоровье и находится рядом со своими любимыми девчонками — Татьяной, Катюшей и Оленькой.
Участники СВО — это настоящие герои нашего времени. Они с честью и доблестью сражаются за свое Отечество, проявляя мужество, стойкость и братство, обеспечивая мирное небо для наших детей и внуков.
Светлана ЛАПТЕВА.
Присоединяйтесь к нам: